Сегодня мы являемся свидетелями разворачивающейся в мире четвёртой промышленной революции, перехода к новой исторической формации — «Индустрии 4.0». Если первая революция была связана с использованием энергии воды и пара, вторая — электричества, третья — с появлением микроэлектроники и персональных компьютеров, то четвёртая — это комплексное явление, характеризующееся конвергенцией информационных технологий и передовых производственных процессов, установлением интеллектуальной взаимосвязи между людьми, машинами и ресурсами, обеспечивающее устойчивый экономический рост и повышение качества жизни людей на основе цифровых преобразований во всех сферах жизни и деятельности.

Следует особо отметить, что триггером, запустившим эти процессы, послужила очередная технологическая революция в телекоммуникациях: переход от традиционных аналоговых сетей электросвязи с соединением абонентов к сетям с коммутацией пакетов данных в цифровых сетях с «плоской» архитектурой. Беспрецедентно быстро развивающиеся сети нового поколения, помимо предоставления любому пользователю в любом месте любых коммуникационных сервисов, создали возможность появления и повсеместного применения информационно-коммуникационных технологий, сокращённо ИКТ. Именно ИКТ и стали основным средством и драйвером прогресса в цифровую эпоху, что давно признано мировым сообществом, зафиксировано в документах ООН.

Для реализации возможностей, предоставляемых цифровизацией, необходимо опережающее создание её технологической базы, информационно-коммуникационной (цифровой) инфраструктуры, единого цифрового пространства стран и мира, основой, фундаментом которых являются новые широкополосные сети электросвязи. Не случайно эта задача изначально решалась на основе согласованных на самом высоком уровне действий стран мира с участием и Российской Федерации.

Краткая историческая справка

Задача «сделать доступными блага информационных и коммуникационных технологий» впервые была поставлена лидерами стран мира в 2000 г. на саммите тысячелетия и получила дальнейшее развитие в 2005 г. в «Тунисском обязательстве» по итогам встречи на высшем уровне по вопросам информационного общества.

В 2010 г. для содействия решению государствами этой первоочередной задачи была создана Комиссия ООН по широкополосной связи в интересах устойчивого развития (The Broadband Commission for Digital Development).

В 2015 г. Генеральная Ассамблея ООН, определившая Цели устойчивого развития на период до 2030 г., подтвердила в своей Резолюции высшего уровня (70/1), что «распространение информационно-коммуникационных технологий и глобальное взаимное подключение сетей открывают огромные возможности для ускорения прогресса человечества», а «телекоммуникации и ИКТ являются одним из ключевых инструментов и важным фактором социального, экологического, культурного и экономического развития, достижения Целей устойчивого развития» [2].

В 2017 г. более 1000 правительственных делегатов из 134 государств-членов ООН на Всемирной конференции по развитию электросвязи с повесткой дня «Использование ИКТ в интересах достижения Целей в области устойчивого развития» (WTDC-17) одной из основных задач на ближайшие годы назвали создание современной и безопасной инфраструктуры телекоммуникаций/ИКТ [3].

Однако в нашей стране в директивных и иных регламентирующих документах термин «ИКТ» фактически не применяется. Чиновники пекутся, в основном, об информационных технологиях, не думая или не зная о том, что без соответствующих электронных коммуникаций их повсеместное применение невозможно. Как средство цифровых преобразований эти технологии едины и неразрывны.

В наши дни новые высокоскоростные сети связи охватывают все страны и континенты. По данным ITU, всего за 30 лет в мире было сформировано единое цифровое пространство, возможность подключения к которому сегодня имеется у 93% жителей планеты. Регулярно используют эту возможность более чем 4,5 млрд пользователей интернета. Сам термин «электросвязь» уже потерял свой прежний смысл. Международным профессиональным сообществом всё чаще употребляются слова «электронные коммуникации», более полно отражающее их сущность и роль в XXI веке.

Состояние и проблемы отечественных телекоммуникаций

В Российской Федерации с конца 1990-х годов благодаря частному капиталу, появлению объёмного конкурентного рынка и наличию у зарубежных вендоров оборудования и готовых технологических решений новые сети связи также строились беспрецедентно быстро. Образовавшийся конгломерат из частных коммерческих сетей, технологически объединённых договорами о взаимном присоединении сетей для обмена трафиком, позволил сформировать единую широкополосную сеть России, цифровую инфраструктуру, обеспечивающую сегодня применение множества прикладных цифровых решений, уже ставших для нас необходимыми и привычными.

Согласно статистике Минцифры России количество договоров на подключение к широкополосной сети, на доступ к интернету только физических лиц приближается к 200 млн. При этом 150 млн из них — через сети подвижного доступа, которые позволяют войти в цифровое пространство в любом месте пребывания. А по приводимым в профессиональных изданиях оценкам, количество широкополосных подключений технологических и иных устройств на порядок больше.

Но поскольку в роли функционально единой сети связи общего пользования здесь выступают более 2 тыс. взаимно присоединённых коммерческих сетей, строившихся в интересах их владельцев в соответствии с платёжеспособным спросом, то потребности государства и необходимость выполнения ряда важных для страны инфраструктурных функций должным образом не учитывались.

Как результат современная национальная сеть общего пользования, как и цифровая инфраструктура в целом, не в полной мере соответствует потребностям цифровых преобразований, не обладает достаточной надёжностью и не обеспечивает необходимого для цифровых преобразований качества обмена данными.

К сожалению, предпосылок преодоления этих проблем пока не усматривается, поскольку в отличие от других развитых стран внятная политика развития этой технологической основы цифровизации отсутствует, а регулирование не направлено на достижение конкретных конечных социально-экономических результатов. Так, одна из двух заявленных целей национальной программы «Цифровая экономика РФ» (первая — увеличение внутренних расходов), а также смысл федерального проекта «Информационная инфраструктура» — это создание информационно-коммуникационной инфраструктуры страны, которая обозначена как инфраструктура «передачи, обработки и хранения данных преимущественно на основе отечественных разработок». Однако назначение, цель создания цифровой инфраструктуры как одной из систем жизнеобеспечения и развития России не может сводиться к выполнению отдельных рутинных операций с данными. По аналогии можно было бы сказать, что система водоснабжения нужна для перекачки и хранения воды. Это технологическая база для всех процессов цифровой трансформации.

Ни о каких «отечественных разработках» в части формирования цифровой инфраструктуры страны на базе взаимно присоединённых частных широкополосных сетей ничего не известно. Отсутствуют стратегия, концепция, не определены принципы построения национальной сети. Непонятно даже, что планируется «создать», ведь цифровая инфраструктура, пусть и не совершенная, с конца 90-х годов XX века уже существует, иначе в России не было бы интернета, иных благ цифровой среды.

В паспорте национальной программы мероприятия по формированию отвечающей потребностям цифровой экономики национальной сети связи отсутствуют, при переизбытке связанных с информационными технологиями, как их понимают составители. Тогда как в цифровых стратегиях и планах развитых и большинства развивающихся стран развитие высокоскоростных сетей — в числе приоритетов. Например, в «Программе по развитию и сотрудничеству в сфере цифровой экономики стран G20», членом которой является Российская Федерация, первым из приоритетов названо именно «ускорение строительства сетевой инфраструктуры и доступность подключения к ней» как залог, необходимое условие общего развития и роста.

Требования к современным сетям связи и цифровой инфраструктуре

С момента своего появления более 150 лет назад сети электросвязи строятся по единым, согласованным всеми странами стандартам, в рамках строгих регламентов, на единых подходах к целевому регулированию их развития в интересах государств, экономики, населения, международных отношений. Примером таких согласованных действий может служить добровольное согласие всех стран на применение IP-протоколов в технологиях пакетной коммутации, позволившее в исторически короткие сроки создать «мировую паутину». Координатором вступает созданный ещё в 1867 г. с участием России Международный союз электросвязи (МСЭ, ITU). С 1947 г. это, специализированное в сфере телекоммуникаций/ИКТ учреждение ООН.

Отметим ряд основных требований, которым должна соответствовать национальная сеть нового поколения для обеспечения нужд цифрового развития и минимизации системных рисков и угроз.

Устойчивость. Подразумевается обеспечение работоспособности и целостности национальной сети при перегрузках, приводящих к полному прекращению работы отдельных сетей и направлений, при повреждениях линий и сбоях в других функционально значимых элементах сетей, а также в условиях чрезвычайных ситуаций. Обеспечение бесперебойного действия единой сети требует определения (на базе научных исследований), её необходимой связности, архитектуры, оптимизации размещения сетевых узлов обмена трафиком для организации достаточной множественности возможных маршрутов передачи пакетов данных. Связанные с устойчивостью связи угрозы очевидны, однако в нашей стране целевые исследования не проводились, а о реальном построении, архитектуре новой «плоской» сети общего пользования и показателях её устойчивости после 30 лет стихийного развития сведений не имеется.

Пропускная способность. Трафик в широкополосных сетях растёт с невероятной скоростью. По данным ITU, глобальный объём данных удваивается каждые два года, а в сетях подвижного доступа — каждые 18 месяцев. Цифровая экономика ускоряет этот процесс, требуя постоянного увеличения пропускной способности, целенаправленного регулирования с учётом перспектив цифровизации и значительных, далеко не всегда окупаемых инвестиций операторов, создания необходимых резервов (оценочно, порядка 30%). Недостаточная пропускная способность сетей и направлений создаёт риски для всех пользователей, несёт угрозу полного прекращения передачи всех видов трафика в сети. Эти риски массово проявились во время локдауна COVID 19, выявившего значительную разницу в цифровой готовности разных стран и внутри них. По данным учёных из Сколково в РФ эта разница между регионами достигает пятикратного размера.

Доступность. Понятие «цифровой разрыв» в последние годы приобрело новое комплексное толкование, включающее, помимо возможности подключений, их скорость и качество, ценовую доступность, ряд других показателей, а также навыки пользователей. Тот же локдаун выявил назревшую необходимость повышения скорости широкополосного доступа (ШПД) до 1 гигабит/сек (при среднемировой 10 мегабит/сек), перехода к «последней миле» на дешёвых, надёжных и быстро масштабируемых по скорости гигабитных решениях и к симметричному широкополосному доступу даже в спальных районах. Тогда как согласно статистике Минцифры России, широкополосными считаются подключения с заявленной скоростью начиная 256 кБит/сек. Для России остаётся актуальной и организация надёжной связи в отдалённых и малонаселённых территориях в северных широтах.

Благодаря конкурентному рынку ценовая доступность ШПД в нашей стране одна из самых низких в мире. Однако сохраняющиеся в рыночных условиях административные методы регулирования без необходимого учёта баланса интересов государства, бизнеса и пользователей всё чаще приводит к невозвратным затратам операторов и последующему повышению ими стоимости корзины своих услуг.

Низкая латентность предусматривает обязательно соблюдение заданных параметров единой сети и её составляющих, качества передачи данных. Это критично для многих процессов и приложений, в первую очередь для облачных технологий и взаимосвязанного программного обеспечения в государственных, коммерческих, финансовых, технологических и иных системах. Обычные в настоящее время задержки в миллисекундном диапазоне в ряде случаев делают рискованным применение многих технологических приложений, не говоря уже о возможной потере пакетов. Для предотвращения таких угроз и уменьшения рисков на основе научных исследований требуется установление минимально допустимых параметров качества единой сети, а также организация их безусловного соблюдения и коррекция с изменением требований к инфраструктуре.

Обеспечение информационной безопасности и автономности данных приобретают всё большую актуальность, включается во все цифровые стратегии, программы и планы. Пример тому вступивший силу в 2018 г. в «Общий регламент по защите данных» Европейского союза[4], исключающий фрагментированные национальные и ведомственные правила, юридические неопределённости и возможности обхода. Решается также задача создания «жизнеспособных правил» по обмену данными с неевропейскими странами (и Россией), которые используют иной подход для нахождения баланса между интересами потребителей, бизнеса и проблемами безопасности.

Инфраструктурные риски и угрозы

С повышением роли и масштабов использования цифровой инфраструктуры неизбежно растут вероятность и «цена» связанных с ней рисков и угроз, которые носят системный характер и могут проявляться во всех без исключения сферах и случаях использования телекоммуникаций и ИКТ.

Известным примером тому могут служить сбои инфраструктурного характера в работе Единого государственного реестра недвижимости «Росреестр» в 2020 г., затронувшие в ряде регионов России многие тысячи потребителей его услуг и участников сделок с недвижимостью. А происшедшая в июле 2021 г. блокировка доступа к порталу госуслуг, вызванная перегрузкой от роста числа обращений граждан, создала риски для без малого 100 млн пользователей госуслугами, которые ежедневно проявлялись в виде проблем для более чем 2 млн граждан.

В настоящее время с введением международных санкций вероятность проявления рисков и угроз многократно возросла.

Причиной тому почти 100% зависимость нашей страны от иностранного оборудования, сетевых решений и программного обеспечения. В этом нет ничего неожиданного, в таком же положении и большинство других стран, так как в виду требуемого высокого технологического уровня производства, сложности и стоимости программно-аппаратного комплекса электронных коммуникаций, необходимости его постоянной модернизации, поставлять его могут только небольшое число специализированных транснациональных корпораций, обладающих необходимой научной, конструкторской и технологической базой, ресурсами и опытом.

В нашей стране таких компаний нет, а импортозамещение по изложенным причинам в обозримом будущем невозможно. Ранее с целью снижения инфраструктурных рисков сетевое оборудование просто закупалось у вендоров из разных стран. В условиях санкций оказалось, что 70% национальной сети связи построено на оборудовании и решениях компаний, отказавшихся от сотрудничества с РФ. Фактически же отказались все, т. к. китайские компании Huawei и ZTE, ряд других, приостановили поставку своей продукции из-за боязни введения вторичных санкций со стороны США.

Критичным для национальной сети цифровой инфраструктуры страны является и отказ иностранных вендоров от поддержки аппаратно-программного комплекса наших сетей. Выполнение связанных с этим работ без участия иностранных компаний-разработчиков вряд ли возможно, требует длительного времени организации и значительных средств на подготовку и переучивание ИТ-специалистов, что само по себе стало мировой проблемой.

Высветились и внутренние проблемы. Отставание в регулировании неожиданно проявилось в отсутствии продуманных решений и планов действий, приоритетов по обеспечению надёжности и устойчивости сложившейся национальной сети нового поколения в чрезвычайных ситуациях, включая и нынешнюю реальность. Эти вопросы должны решаться при разработке концепции создания новой сети и адаптироваться к новым условиям в ходе её развития и эксплуатации. Но, как это уже было отмечено, такой концепции до настоящего времени нет.

Не смотря на четверть века существования конкурентного рынка услуг телекоммуникаций, госрегулирование в этой сфере у нас всё ещё осуществляется командными методами, всё чаще приводящими к невозвратным и технологически не оправданным потерям ресурсов операторов. Для их бизнеса не созданы условия, стимулирующие развитие, инвестиции и инновации, как это делается в других странах, не выработаны принципы частно-государственного партнёрства при выполнении необходимых для страны, но не окупаемых для операторов проектов и задач инфраструктурного характера.

В новой реальности это повышает угрозы, особенно для малых и средних операторов, работающих с небольшой маржинальностью. В отсутствие прямого взаимодействия с вендорами к концу 2022 г. ожидается рост стоимости оборудования, обновления программного обеспечения аппаратно-программного комплекса телекоммуникаций в два раза, кроме того, следует учитывать и проблемы кредитования, логистики. Дальнейшее развитие, модернизацию сетей операторам придётся отложить.

Наибольшую тревогу вызывает обеспечение работоспособности более 800 тысяч базовых станций сотовых сетей. В СМИ неоднократно высказывались предположения о вынужденном переносе оборудования таких станций из местных сетей с небольшим трафиком в крупные города России.

Ещё более мрачные прогнозы в ходе Международного военно-технического форума «Армия-2022» высказала президент Infowatch, заявив, что в России могут отключить все смартфоны. По её словам, россиянам могут отключить не только iPhone, но и устройства, работающие на Android. Выходом из ситуации Касперская видит переход на кнопочные телефоны или электронную почту, т. е. — назад в 90-е. В таком случае, по словам президента Infowatch, полного обрушения инфраструктуры не последует. Изменится ставшим уже привычным образ жизни 80 млн владельцев смартфонов — большинства граждан России. Думается, что этого всё же не произойдёт.

Полагаю, что в новой реальности главной, конечной целью государства в ближайшее время должна быть не абстрактная «поддержка отрасли», а целевое обеспечение исправности, работоспособности телекоммуникаций, выполнения ими функций одной из систем жизнеобеспечения страны через создание необходимых для этого условий. В данном случае деньги решают не всё. Требуется комплексный подход и системные решения организационного, технологического и, соответственно, финансового характера. Риски слишком высоки.

-----------------------

Президент Международной общественной академии связи (МАС),
Председатель Совета по профессиональным квалификациям в области телекоммуникаций, почтовой связи и радиотехники (СПК связи),
Генеральный директор АНО «Центр обеспечения цифровой трансформации»,
Заслуженный работник связи Российской Федерации
Анастасия Петровна Оситис

Международная Академия Связи
www.ita.org.ru

Авторизуйтесь и поставьте лайк

Комментировать

Информационно-коммуникационные технологии

Последние новости по теме